12 декабря 2023
Автор: Светлана Бронникова

«Иногда кровная опека еще сложнее, чем осознанное приемное родительство»


Екатерина Ахметгалиева — менеджер ресурсных групп для приемных семей фонда «Арифметика добра», она знает, с какими проблемами сталкиваются приемные родители, потому что шесть лет назад сама прошла через это, взяв под опеку племянницу Еву. Сейчас в семье Екатерины четыре девочки — Ева и три кровных дочери. Екатерина смеется: «Девчонки секретничают и дружат против меня, когда я заставляю их мыть посуду». Но так было не всегда. Екатерина рассказала, как семья и Ева адаптировались друг к другу.

Зачем вам это надо?

Семь лет назад у Евы умер папа, а потом, через полтора года, мама. Так девочка оказалась в семье тети — родственникам это казалось логичным: вся семья живет на Урале, ребенок должен жить там, где у него школа, дом, друзья. Прожив там год, семья поняла, что женщине сложно воспитывать племянницу — у нее есть кровные дети, неходячая бабушка, работа. К тому же в пригороде не было организаций, которые могли бы помочь женщине справиться с новой ответственностью.

Тогда Екатерина и ее муж — дядя Евы — подумали забрать Еву к себе в Москву и воспитывать девочку в своей семье. Екатерине было 25 лет, она находилась в декрете и воспитывала двух дочерей девяти и полутора лет: «Мы подумали, что как-то неправильно, если ребенок будет жить в детском доме, имея при этом живых родственников», — вспоминает Екатерина.

Обдумав решение, Катя приехала в местный орган опеки — хотела познакомиться с людьми, с которыми в ближайшее время будет часто общаться. 

«Ева сбегала из дома, делала демонстративно всякие странные вещи, сейчас я понимаю, что так она проживала травму, тогда я об этом ничего не знала. Я просто решила предупредить специалистов, что ребенок не сахар». 

«Зачем вам это надо?» — услышала Екатерина в ответ.

Так будет правильно

Реакцию специалистов из опеки Екатерина понимает: «Среди кровной опеки огромное количество возвратов потому, что люди не готовились к этому. Это неосознанное решение. Когда люди решаются принять в семью ребенка, они думают, посещают школу приемных родителей, читают книги, обсуждают с другими людьми это, то есть, готовятся к событию постепенно. А кровная опека случается часто внезапно, поэтому часто и заканчивается возвратом.

Кровная опека, на мой взгляд, еще сложнее, чем осознанное приемное родительство. Ты думаешь: это мой кровный родственник, мы с ним договоримся, и будет у нас все хорошо. Но так бывает редко, поэтому, конечно, в опеке могут отговаривать: они с возвратами сталкиваются каждый день». 

«У нас ничего не получалось»

Сразу после того, как Екатерина забрала Еву домой, она с мужем пошла в школу приемных родителей, а еще записала Еву к психологу: «Я тогда была далека от всех этих психологических историй. Мне казалось, что, наверное, это нужно, когда совсем тебе плохо. Но Еву я записала, потому что все говорили о том, что это нужно делать». 

IMG_3092.jpg

Разногласия начались сразу же.

«До меня очень долго доходило, что ребенок со мной борется за иерархию, — говорит Екатерина. — Я ей говорю, что в девять вечера нужно прийти домой, а она мне — нет, приду в десять. Я не понимала, что ребенок просто привык отвечать сам за себя. А тут появилась какая-то Катя, которая пытается что-то там указывать, говорить, куда ей ходить, когда возвращаться домой.

Я знаю семьи, куда приходили дети и родители говорили: у нас не было никаких проблем. Но такое бывает редко. В большинстве случаев это все-таки мощная турбулентность для семьи. Тяжело приходится не только маме и папе, а всей семье — детям кровным и приемным, которые уже адаптировались. Они все переживают эту турбулентность, когда появляется новый член семьи». 

Екатерина вспоминает, как вела себя Ева в начале адаптационного периода: «Очень повезло, что Ева мне никогда не хамила, когда я начинала ей что-то говорить. Но она просто замирала и никак не реагировала на меня, просто молчала. Однажды я уже не могла находиться в таких отношениях и сказала ей — мне нужен диалог, давай разговаривать. Постепенно мы пришли к тому, что Ева начала отвечать мне.

У нас еще с Евой разное представление о семье. В моем понимании семья — это реклама кукурузных хлопьев, все улыбаются, обнимаются. Поэтому мне еще было сложно: например, я Еву обнимаю, а она просто стоит, как дерево, без каких-либо реакций, и ждет, когда я закончу ее обнимать и уйду. 

Ева же может не выражать открыто своих чувств. Например, в самом начале нашей совместной жизни у детей были конфликты, со старшей дочерью Лерой даже доходило до драк. Но однажды Лера пришла домой вся заплаканная. Оказалось, что к ней на улице подошла какая-то девочка и наговорила гадостей. Ева об этом узнала, нашла эту девочку, поговорила с ней, та потом перед Лерой извинилась. Я была в шоке, когда про это узнала, то есть Ева пошла заступаться за Леру, но при этом она продолжала с ней конфликтовать внутри семьи». 

В школе приемных родителей Екатерине объяснили, что адаптационный период у ребенка длится около года: 

«Я ждала, что на 366-й день открою глаза, вокруг будут петь птички, светить солнышко, всё будет замечательно. Но каково же было моё разочарование, через пятьсот дней этого не настало. У нас ничего не получалось».

Я одна такая неудачница?

«Первые два года я держалась, чтобы Еву не вернуть обратно. И мне было за себя стыдно. Я думала, что со мной что-то не так. Мне нужно было понять, я одна такая неудачница, у которой ребёнок вот так себя ведёт, у которой никак не получается выстроить какую-то нормальную, спокойную жизнь, выйти на какое-то плато вообще? Или у всех свои какие-то истории сложные?» — рассказывает Екатерина. 

IMG_3081.jpg

Я пошла в фонд “Волонтёры в помощь детям-сиротам” и очень долго там занималась с психологом, буквально до 18 лет Евы. Сейчас я понимаю, что работа с психологом — это очень важно, потому что помогает тебе узнать что-то про себя. Например, когда Ева не приходила вовремя, это меня сильно выбивало, ее десять минут дома нет, я уже в валенках и шубе — готова искать ее. Сейчас я понимаю, что все это было из-за моей внутренней тревоги. 

И здесь важно это осознать, почему у тебя такой механизм срабатывает и что с этим можно сделать, чтобы жить спокойнее и счастливее. Работать с психологом я рекомендую всем, не только приемным, вообще всем родителям и не родителям, и тем, кто готовится к приемному родительству. 

Но даже во время работы с психологом меня иногда так накрывало, так было тяжело, что однажды я просто начала писать блогерам и знакомым приемным мамам. Мне многие отвечали, просто разговаривали об этом. Одна из приёмных мам пригласила меня в клуб, где собираются приемные родители. Там люди делятся друг с другом сложностями, которые они не расскажут просто в беседе вне клуба. И это именно то, что нужно было мне.

Многие люди без опыта приемного родительства просто ужаснутся, если ты им расскажешь, что твой ребенок курит, например. В сообществе приемных родителей все совсем иначе: я помню, как одной приемной маме с таким стыдом рассказывала, что Ева курит. А она мне: ну и что? И я в тот момент подумала: а правда, ну и что? У многих кровные дети тоже курят, просто скрывают это, потому что не хотят расстраивать родителей, а приемным детям просто может быть все равно, потому что у них еще не сформировалась привязанность.

Там же, в клубе, я приняла участие в группе “На равных”, и группа многое изменила для меня, эта помощь была очень эффективной для моего состояния и состояния моей семьи, для наших отношений. Я прошла полный цикл занятий, потом пошла учиться в “Школу ведущих” и провела свою группу. А потом стала менеджером этих ресурсных групп в фонде. Я читаю огромное количество отзывов от участников групп, ведь они проводятся по всей России. вижу, как приемные мамы пишут, что были на нуле и как воспряли в конце! Научились заботиться о себе, стали лучше понимать, что такое личные границы, выровняли отношения в семье. Для меня это очень ценно! Приемные папы у нас тоже есть. Даже есть отдельные группы только для пап. Мужчины не пишут длинных отзывов и эмоциональных сообщений. Но они приходят. Приходят на каждое занятие, а потом приходят на повторный цикл занятий группы. Это для меня и есть та самая необходимость в поддержке».

«За двойки детей сдают»

Однажды Екатерину и Еву вызвали в службу опеки — Ева ударила девочку. Екатерина считает, что после этой ситуации их отношения стали меняться в лучшую сторону: «Ева иногда рассказывала про эту девочку, что она сплетни пускает, говорит гадости всякие, пытается всех лбами столкнуть. Я ей предложила просто не общаться с ней. В итоге конфликт дошел до драки. Это, конечно, ужасно — людей бить нельзя. Я так Еве и сказала, что это недопустимо, но я понимаю, почему она это сделала. Наверное, Ева тогда поняла: что бы она ни сделала, я буду рядом с ней, постараюсь ее поддержать».

Тогда же представители службы опеки сказали Екатерине: «Спасибо вам, у нас за двойки детей сдают, а вы держитесь». Потом добавили: 

«Когда вы к нам первый раз пришли, мы всё думали, сколько вы продержитесь, не верили, что вы не откажетесь».

Через несколько месяцев после этой истории Екатерина в очередной раз обняла Еву и почувствовала, что девочка легонько хлопает ее рукой по спине.

IMG_4385.jpg

Ева в этом году окончила школу, но решила никуда не поступать. Администрация школы перед сдачей выпускных экзаменов настаивала, чтобы Ева забрала документы — боялись, что девочка не сдаст ЕГЭ. Екатерина отказалась это делать — «завалит — ну и ладно, попробует в следующем году». Ева сдала ЕГЭ с первого раза. «Мне бы очень хотелось сказать всем приемным родителям, чтобы они немного расслабились по поводу школы, — говорит Екатерина. — Невозможно забрать ребенка и переживать адаптацию, заставлять его учиться на пятерки. Если бы я в период адаптации заставляла Еву хорошо учиться, мы обе не выдержали бы, поэтому я просто сказала — получай свои законные тройки, и все будут счастливы». Для нашей семьи это был верный путь выжить. 

Сейчас Ева работает в пункте выдачи маркетплейса и живет вместе с семьей Екатерины. Ева пока что не знает, кем она хочет быть — то ли кинологом, то ли бухгалтером? Екатерина ее поддерживает — зачем учиться только ради корочки, поэтому думает о курсах профориентации, которые могут помочь Еве определиться с выбором. 

Недавно Ева летала к родственникам на Урал. Билеты покупала сама — на собственную зарплату. 

***

Приемным родителям часто сложно разобраться с проблемами в семье самостоятельно, поддержку они могут найти в клубах приемных семей — в сообществе единомышленников, которое создает «Арифметика добра». Пожалуйста, поддержите эту программу, чтобы больше приемных родителей могли получить необходимую помощь — это поможет сократить количество отказов от детей.

Выберите способ перевода

Будь в курсе

Подпишись на наши новости и будь в курсе всех событий
Также можешь следить за нашими новостями в социальных сетях
Введите имя
Некорректный e-mail
убрать опору вернуть опору